USD
0.00
0.00
EUR
0.00
0.00
Коронавирус
Коронавирус

«Качественно учиться дистанционно – не получится», — учитель года 2020 Василий Дякив

Учителем года 2020, по версии премии для педагогов Global Teacher Prize Ukraine, стал Василий Дякив — преподаватель из города Залещиков Тернопольской области.

Дякив — учитель истории, гражданского образования и основ здоровья. 

Global Teacher Prize — это мировая ежегодная «Нобелевская премия» для учителей. Национальную премию Global Teacher Prize Ukraine инициировал общественный союз «Освитория» (организация сотрудничает с Фондом Сороса) в 2017 году. Победитель получает 250 000 гривен, год обучения и поездку на Global Education and Skills Forum.
 
Василий Дякив в интервью для издания «Страна» рассказал о том, как можно улучшить систему образования в школах, о достойной оплате труда учителей, и узнала мнении педагога-историка о декоммунизации. 

– Сколько, по-вашему, должен получать учитель средней школы в Украине, чтобы чувствовать себя достойно и избегать искушения уехать на заработки за границу?
 
– Сложно сказать, я не финансист. Цены в Залещиках, где я живу и преподаю, и в Киеве – разные. Сама цена жизни – цена жилья, продуктов. Но по европейским стандартам на коммунальные услуги, питание, на обеспечение базовых потребностей должно уходить 30% от заработной платы.
 
– Если честно, вот вы – Учитель года, вкладываетесь в этот бюджет с нынешней своей зарплатой?
 
– Я не веду такие подсчеты. Суммы за ту же коммуналку зависят от сезона, есть отопление или нет.
 
– Вам достаточно вашей зарплаты?
 
– Нет, я не доволен уровнем оплаты своего труда. Хотя у меня 30 лет стажа, звание Заслуженного учителя Украины, 18 часов ставки учителя-методиста высшей квалификационной категории. Открыто об этом говорю.
 
– Сколько вы получаете, если не секрет?

– Не считаю правильным отвечать на этот вопрос.

– Давайте я попытаюсь угадать. Это сумма около 6-8 тысяч грн в месяц?

– Вы ведь понимаете уровень зарплат учителей.
 
– Как много педагогов из вашего окружения эмигрировали из-за низкой оплаты труда?
 
– Такие случаи есть.
 
– Как мотивировать педагогов оставаться в Украине?
 
– Понимаете, мотивация у каждого учителя своя. Она не только в деньгах. Могу ответить за себя: я работаю и хочу работать, хотя мой заработок мал.
 
Я считаю, если ты идешь в профессию, ты либо должен найти в ней свое призвание, либо понять, что это не твое, и найти другую работу. Если не устраивает зарплата, ты не критикуешь – ты ищешь, где платят больше. Это стандарт рыночных отношений и человеческой природы.
 
Но если уж ты работаешь, то не жалуйся на зарплату – а работай, если это твой выбор. Другой вопрос – как ты будешь работать. Какой у тебя уровень ответственности перед собой, детьми и обществом.
 
– В одном из первых интервью после победы в конкурсе вы предложили сократить количество предметов в старшей школе. Почему?
 
– Современные школьники – это поколение Z и «альфа». Дети, рожденные после 2005 года. Они сильно отличаются от миллениалов и поколения Y. Они иначе воспринимают мир: живут в гаджетах, с ограниченным живым общением. Они гиперактивны. И эти дети, совершенно другие, чем были раньше, приходят в обычную школу.
 
– А в школе?
 
– В старших классах как было в начале 21-го века 20-23 обязательных предмета, так есть и сейчас. С тех пор прошло 20 лет, поколение поменялось, но количество предметов – нет.
 
– То есть нынешняя система образования устарела и не отвечает запросам современного поколения детей?
 
– Да. К тому же у нас сложилась монополия классно-урочной системы. А она сейчас в глубоком кризисе. Потому что гиперактивному ребенку сложно отсидеть по шесть, семь, восемь уроков в день длительностью 45 минут каждый. Гиперактивный ребенок может сфокусироваться на чем-то одном максимум 15 минут, потом внимание рассеивается. А этого ребенка помещают в классно-урочную систему. Скажите, насколько довольным будет выходить этот ребенок из школы? Скажите, насколько существующая классно-урочная система готовит старшеклассников ко взрослой жизни?
 
– Вопрос риторический.
 
– Реформа «Новая украинская школа» (НУШ) пока касается только младшей школы. А 10-12 классы будут внедрять НУШ только в 2027 году. Наши дети еще семь лет должны мучиться по старым лекалам. И проходить те же 20 предметов, которые изучают в старшей школе почти с начала независимости Украины.
 
– И что вы предлагаете? Какой выход?
 
– Как было с НУШ – 200 школ Украины начали пилотный проект. То есть сначала – пилот. Второе – комплексность. Нельзя одним махом уменьшить количество предметов, так как это повлечет за собой уменьшение педагогической нагрузки на учителей. Но у нас есть семь лет до НУШ, и есть ребенок, который некомфортно себя чувствует в существующей системе. Поэтому я предлагаю в этот переходной 7-летний период сделать промежуточный вариант, который приблизил бы старшую школу к реализации НУШ в 2027 году, и уже сейчас уменьшил бы нагрузку на детей.
 
– Насколько ее нужно уменьшить?
 
– Это нужно делать постепенно, сперва необходимо выработать промежуточный вариант. Когда мы встречались с президентом Зеленским, с главой профильного комитета Верховной Рады и с и.о. министра образования и науки, мы говорили им, что можно было бы выработать такой переходной механизм.
 
– Постойте, а у вас уже была встреча с президентом по этому вопросу?
 
– Да, перед церемонией награждения топ-10 финалистам организовали встречу с президентом в субботу, и с и.о. министра образования Сергеем Шкарлетом и представителем ВР – в пятницу. 
 
– И как они восприняли вашу идею?
 
– Идея не моя. Это продукт обсуждения топ-10 финалистов премии.
 
– Как отреагировали министр и президент, когда вы об этом сказали?
 
– Обсуждение велось только на уровне идей. Переходной механизм мог бы быть таким. Допустим, есть восемь обязательных предметов. Это условная цифра – их может быть 6 или 10, еще нужно обсуждать. Вообще, европейский стандарт, к примеру, в частных английских школах – всего 3 обязательных предмета. Они могут оцениваться по 12-бальной системе. А остальные предметы, которые носят общеразвивающий, вспомогательный характер, можно оценивать в формате зачет/незачет.
 
– Какие три предмета должны остаться обязательными в старшей школе, с вашей точки зрения?
 
– В идеале перечень должны определить сами родители – можно провести среди них соцопрос. Но в рамках нынешней нормативно-правовой базы, обязательным должен быть украинских язык, математика (с 2021 года будет обязательной на ВНО – Ред.), и иностранный язык (одна из компетентностей НУШ). Правда, если ребенок гуманитарий, можно количество часов математики сократить до 3-4 часов, просто чтобы сдать на базовый уровень ДПА. Еще два предмета, которые, я считаю, должны быть обязательными – физкультура и гражданское образование.
 
– Почему?
 
– Физкультура определяет физическое развитие ребенка. И МОН с 2 до 3 часов увеличило физкультуру в учебных планах – это поддержка здоровья старшеклассников.  А «гражданское образование» это подытоживающий предмет, который нацеливает детей на то, что они – граждане Украины. Эта дисциплина входит в типичный учебный план, и два часа гражданского образования – обязательный предмет в 10 классе.
 
– Не приведет ли уменьшение количества обязательных предметов в старшей школе к сокращениям учителей?
 
– Может быть не сокращение учителей, а уменьшение или перераспределение часов. Предметы остаются те же. Часть учителей будет преподавать свои часы в одном классе, а в другом – нет. Обязательные предметы будут преподавать всему классу, а вариативные – на выбор, тем, кто захочет. Сейчас в учебном плане есть такой термин «обязательно-выборочные предметы». Дается три предмета, из них ребенок выбирает два. А если дать 8-10 оставшихся предметов от основных, из них ребенок может выбрать дополнительные дисциплины.


 
– А если на какую-то из дисциплин дети ходить не захотят?
 
– Может быть ситуация, когда на какой-то предмет не набралось желающих и учителю не хватает часов работы. Тут уже вопрос, насколько дети сознательны и смогут отстоять свой выбор. И насколько учителя, с другой стороны, смогут заинтересовать своим предметом. Опять же, все, что я говорю – пока на уровне идеи. Нужно нарабатывать критерии оценивания, нормативную базу для дополнительных предметов. А что еще важнее – формировать конкуренцию между формами получения среднего образования.
 
– Что вы имеете в виду?
 
– Помимо классно-урочной системы, которую все знают, нужно развивать индивидуальную, дистанционную, экстернатную форму обучения и домашнее обучение.
 
– Но они ведь и так существуют. Дети многих моих знакомых перешли на домашнее обучение, чтобы профессионально заниматься спортом, например.
 
– Согласен, но эти формы обучения популярны и активно продвигаются в больших городах – Киев, Днепр, Львов, Одесса. К тому же эти формы внедряют в основном частные учебные заведения – но это платно, и для обычной украинской семьи это не вариант. Все эти формы в Украине только рождаются, и монстра под названием «классно-урочная система» они пока не могут победить. Особенно в маленьких городах вроде Залещиков, где я работаю, это пока не реализуется.

– Почему?

 
– Проблема в стереотипах. В обществе считается, если ребенок на индивидуальном обучении, с ним что-то не так. Значит, это ребенок с ограниченными возможностями. Не дай Бог, с инвалидностью. Сразу люди думают – может, ребенок болен? И родители, задумываясь об индивидуальном обучении, сразу переживают – что скажут соседи?
 
– То есть сами родители не хотят переводить ребенка на другую форму обучения из-за стереотипов, опасаясь, что их ребенка сочтут неполноценным?
 
– Совершенно верно! А большой город менее подвержен таким стереотипам, и родители больше следят за развитием ребенка. Плюс на индивидуальном обучении автоматически повышается уровень ответственности родителей. Уже нечего пенять на учителя или директора школы и делать их крайним в том, что ребенок плохо учится. Если ребенок на домашнем обучении, это процесс педагогизации родителей.  
 
– Как много родителей готовы к такой ответственности, учитывая традиции воспитания?
 
– Не все, особенно в маленьких городах. К тому же сейчас семье, которая даже хочет это сделать, пока не к кому конкретно обратиться, чтобы ей объяснили механизм. Непонятно, какие для этого нужны справки, заявления для перевода ребенка на экстернат? Это тоже отталкивает родителей.
 
– А кто должен им это разъяснять? Разве не сама школа?
 
– По идее, этим должны заниматься районные управления образования, которые, согласно новому закону, собирались превратить в сервисные центры. Но пока этого нет.
 
– Каким образом различные формы обучения могут конкурировать между собой? То есть школа должна предлагать родителям старшеклассника выбор – ходить на обычные уроки, заниматься дома или дистанционно? Как это должно выглядеть?
 
– Пока что значительная часть родителей знает только один путь получения образования – школу. Но нужно учитывать особенности конкретного ребенка.
 
– Какие особенности? Темперамент, экстраверт он или интроверт?
 
– В том числе да, и главное – как ему удобнее усваивать информацию. Часто, когда ребенка спрашиваешь: «Зачем ты пришел в школу?», – получаешь характерный ответ: «Мама с папой меня заставили». Или «я не знаю». Часто дети приходят в школу за общением с ровесниками, а учеба, познание через занятия на уроке, школьные правила могут вызывать у них дискомфорт. Ребенок гиперактивный, например, мог бы лучше учиться в условиях индивидуального обучения. 
 
– Почему именно индивидуального?
 
– Если ребенок сидит напротив учителя один на один, он усваивает материал, думает, выполняет задания. Как только он попадает в класс – это уже совсем другой ребенок. И тут уже вопрос к родителям. Вы хотите, чтобы ребенок получал качественное образование? Если ребенку в классе тяжело, если он эмоционален, гиперактивен, не может себя контролировать в классе, может стоит попробовать индивидуальное обучение? Когда в классе 30 учеников, ребенок за ними может спрятаться. А если он один с учителем, или это небольшая группа из 2-3 учеников, им учитель может уделить больше внимания. Наши дети ведь все – индивидуалисты и эгоцентристы, они хотят внимания. Один учитель на 30 детей – это всего по полторы минуты урока на каждого ученика. Так что тут только сознательный выбор родителей – увидеть, что ребенку так будет комфортнее и он сможет раскрыть свой потенциал. Мы должны прийти к детоцентризму – что будет лучше для ребенка.

– С вашей точки зрения, насколько был успешен опыт дистанционного обучения во время карантина, который был введен по всей стране? С точки зрения качества обучения.
 
– Каждый учитель сейчас автономен в методах работы. У нас в гимназии есть опыт использования облачных сервисов, электронных коммуникаций. Но в онлайн-обучении на карантине была проблема: это случилось слишком внезапно. Пришлось выходить из зоны комфорта. Вот сейчас у нас была «красная» зона в Тернопольской области, и мы опять перешли на дистанционку, но две недели мы успели поработать с учениками вживую. И могу сказать, что постоянно качественно учиться дистанционно – не получится.
 
– Почему?
 
– Мне, как педагогу с 30-летним стажем, хочется видеть глаза учеников. Живые глаза. По глазам, даже когда ребенок молчит, я могу определить – интересно ему или нет. На уроке ты видишь всех учеников, кто как работает. А онлайн не всегда это можно отследить.
 
– То есть на постоянной основе дистанционное обучение не может заменить полноценный «живой» урок?
 
– Не может. Дистанционное обучение предполагает, что ребенок все равно должен общаться с учителем. Сам механизм дистанционного обучения хороший и имеет право на существование. Потому что дети Z и дети «альфа» технологичные. Для них комфортно сидеть перед экраном – у них нет навыка и такой сильной потребности в эмпатии. В 2021 году даже фильм начнут снимать, где в главной роли будет актриса-робот. На этом фоне живое общение – как раз тот навык, который нужно развивать в 21 веке. Плюс, если в семье несколько детей-школьников, их нужно обеспечить гаджетами для онлайн-обучения, а это уже не все семьи могут себе позволить.
 
– Как историк как вы относитесь к декоммунизации? Пришлось ли вам корректировать учебный материал исходя из закона о декоммунизации?
 
– Декоммунизация преподается только в 11 классе в последних темах. Будем исходить из того, что государство имеет идеологию. Это та база, от которой я, как педагог, отталкиваюсь. Мы строим независимую европейскую Украину. И воспитываем граждан Украины.
 
– А как вы подаёте детям такие темы, как Вторая мировая и Великая Отечественная война, например?
 
– Как мы можем говорить о Великой Отечественной войне, если мы строим независимую Украину, которой 30 лет? Если бы мы были в другом государстве, это было бы уместно. Но мы, как независимая Украины, не можем называть эту войну Великой Отечественной.
 
– А как можем?
 
– Второй мировой, немецко-советской. Потому что немцы напали на Советский Союз.
 
– Но ведь Украина была частью Советского Союза в тот период.
 
– Да. Но кто является правопреемником СССР? Россия. Вот она и имеет право называть эту войну Великой Отечественной. Украина не является правопреемником СССР – мы отдельное государство, которое имеет свою независимую политику. Мы празднуем 8-го мая День памяти и примирения, когда мы чтим жертв немецко-советской войны, а 9 мая – как день победы над нацизмом во Второй мировой войне. Мы определили стратегический вектор государства – куда мы двигаемся. Соответственно, мы в историческом ракурсе говорим, что мы являемся частью Второй мировой войны.
 
– Иными словами, по нынешней исторической трактовке Украина не имеет отношения к Великой Отечественной войне?
 
– Я говорю, и учебная программа говорит – а это государственный документ, который базируется на политике государства – о немецко-советской фазе Второй мировой войны. Которая происходила на территории современной независимой Украины.
 
– Вы не считаете такую современную трактовку тех событий попыткой переписать историю? Насколько вообще уместна идеология и политика в школьной программе?
 
– Что вы вкладываете в понятие идеологии?
 
– Идеология Украины последних шести лет заключается в том, чтобы в рамках декоммунизации трактовать события из советского периода нашей страны так, будто их не было. Хотя до этого при независимой Украине ту же Великую Отечественную войну в школьной программе признавали как этап украинской истории.
 
– Базовый принцип – государственная позиция и идеология строительства независимой Украины. Мы – европейская страна. И у нас демократические ценности. Мы не являемся правопреемником Советского Союза, о чем мы тоже говорим 11-классникам. Поэтому мы не можем называть Великую Отечественную войну частью истории независимой Украины, потому что тогда мы фактически признаем себя частью великой империи российского государства.
 
– А то, что школьная программа меняется с каждой новой украинской властью исходя из господствующей идеологии и политической целесообразности – это правильно?
 
– Наша задача в школе – воспитать человека, который понимает, что живет в независимой Украине. На этом поставим точку.

Как работает схема по продаже конфискованных сигарет?